Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты
Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

ЗЕМСКИЙ СОБОР 1613 г.

Уже в ноябре 1612 г. руководители Второго ополчения разослали по городам грамотее призывом собираться на Земский собор «для царского обирания». Период ожидания выборных растянулся на долгое время, и, вероятнее всего, работа собора началась только в январе 1613 г. Посланцы прибыли от 50 городов, кроме того, в работе Собора участвовало высшее духовенство, бояре, участники «Совета всей земли», дворцовые чины, дьяки, представители дворянства и казачества. Среди выборных были и служилые люди «по прибору» — стрельцы, пушкари, посадские люди и даже черносошные крестьяне. Всего в работе собора приняли участие около 500 человек. Земский собор 1613 г. был наиболее многочисленным и представительным во всей соборной практике XVI—XVII вв.

Работа Собора началась с принятия знаменательного решения: «Литовского и свийского короля и их детей, за их многие неправды, и иных никоторых земель людей на Московское государство не обирать… и Маринки с сыном не хотеть». Отклонены были также кандидатуры «царевичей, которые служат в Московском государстве», т.е. сибирских царевичей, потомков хана Кучума и касимовского правителя. Таким образом, Собор сразу определил круг кандидатов — «великие» роды Московского государства, крупное боярство. По различным источникам известны имена, называвшиеся на Соборе, — князь Федор Иванович Мстиславский, князь Иван Михайлович Воротынский, князь Иван Васильевич Голицын, князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой, Иван Никитич Романов, князь Иван Борисович Черкасский, князь Петр Иванович Пронский, Федор Иванович Шереметев. Сохранилось сомнительное известие, что выставлял свою кандидатуру и князь Д.М. Пожарский. В пылу местнического спора дворянин Сумин упрекал Пожарского в том, что он «государился и воцарялся» и это «стало ему в двадцать тысяч». Вероятнее всего, это не более чем навет. Впоследствии сам же Сумин отрекся от этих слов, да и у вождя Второго ополчения просто не было и не могло быть таких денег.

Кандидатура Мстиславского, несомненно, одного из наиболее знатных претендентов по происхождению от Гедимина и родству с династией московских царей (он доводился праправнуком Ивану III), не могла быть принята к серьезному рассмотрению, поскольку он еще в 1610 г. заявлял, что пострижется в монахи, если его будут принуждать принять трон. Не пользовался он симпатиями и за свою откровенно пропольскую позицию. Были также отведены кандидатуры бояр, входивших в Семибоярщину, — И.Н. Романова и Ф.И. Шереметева. Наибольшие шансы были у кандидатов, входивших в ополчение, — князей Д.Т. Трубецкого, И.Б. Черкассого и П.И. Пронского.

Наиболее активную предвыборную деятельность развил Трубецкой: «Учреждаша трапезы и столы честныя и пиры многая на казаков и в полтора месяца всех казаков, сорок тысяч, зазывая толпами к себе на двор по вся дни, честь им получая, кормя и поя честно и моля их, чтоб быти ему на Росии царем…» Вскоре после освобождения Кремля от поляков Трубецкой расположился на бывшем дворе царя Бориса Годунова, подчеркивая этим свои претензии. Была подготовлена и грамота на пожалование Трубецкого огромной по территории волостью Вага (на Двине), владение которой было своеобразной ступенькой к царской власти — Вагой владел в свое время Борис Годунов. Под этой грамотой поставили свои подписи высшие иерархи и руководители объединенного ополчения — князья Д.М. Пожарский и П.И. Пронский, однако рядовые участники собора отказались подписать грамоту. Они хорошо знали о колебаниях бывшего тушинского боярина во время боев за Москву, и, возможно, не могли простить ему присягу Псковскому вору. Вероятно, были и другие претензии к Трубецкому, и его кандидатура не смогла набрать достаточного количества голосов.

Борьба развернулась по второму кругу, и тогда возникли новые имена: стольник Михаил Федорович Романов, князь Дмитрий Мамстрюкович Черкасский, князь Иван Иванович Шуйский. Вспомнили и о шведском королевиче Карле-Филиппе. Наконец одержала верх кандидатура Михаила Федоровича Романова, достоинствами которого были его родство с прежней династией (он был племянником царя Федора Ивановича) и незапятнанность в изменах и усобицах Смуты.

Выбор Михаила Романова был близок сразу нескольким политическим группировкам. Земские и дворянские деятели вспоминали о симпатиях к Михаилу патриарха Гермогена и трагической судьбе этой семьи при Годунове. Имя Романова пользовалось большой популярностью среди казаков, решающая роль которых в избрании юного царя отмечена в особом литературном памятнике — «Повести о земском соборе 1613 года». Для казаков Михаил был сыном тушинского «патриарха» Филарета. Юный претендент унаследовал и популярность среди москвичей, которой пользовались его дед Никита Романович и отец Федор Никитич.

Немало сторонников нашлось у Михаила Романова и среди бояр. Это был уже не тот сплоченный родственный романовский клан, против которого направлял свои репрессии Годунов, а стихийно сложившийся на Соборе кружок лиц из разгромленных боярских группировок. В основном это были молодые, не имевшие достаточного веса среди боярства представители известных родов — Шереметевы (исключение — боярин Федора Ивановича[57]), князь И.Ф. Троекуров, Головины, М.М. и Б.М. Салтыковы, князь П.И. Иронский, Л.М. и А.Л. Нагие, князь П.Л. Репнин и другие. Одни были родней новому царю, другие через Тушинский лагерь были связаны с отцом Михаила — Филаретом Романовым, третьи ранее поддерживали кандидатуру Трубецкого, но вовремя переориентировались. Однако и для «старых» бояр, членов Семибоярщины, Михаил Романов также был своим — И.Н. Романову он приходился родным племянником, князю Б.М. Лыкову — племянником по жене, Ф.И. Шереметев был женат па двоюродной сестре Михаила. В родстве с ним состояли князья Ф.И. Мстиславский и И.М. Воротынский.

Правда, и кандидатура Михаила Романова «прошла» далеко не сразу. В середине февраля Собор сделал перерыв в заседаниях — начался Великий пост, — и политические споры на некоторое время были оставлены. Видимо, переговоры с «избирателями» (многие из участников собора на время разъехались из столицы, а затем вернулись) позволили достигнуть желаемого компромисса. В первый же день начала работы, 21 февраля, Собор принял окончательное решение об избрании Михаила Федоровича. Согласно «Повести о земском соборе 1613 года», на это решение выборных повлиял решительный призыв казачьих атаманов, поддержанный московским «миром»: «По Божий воле на царствующем граде Москве и всеа России да будет царь государь и великий князь Михайло Федорович и веса России!»

В это время Михаил вместе со своей матерью инокиней Марфой находился в костромском Ипатьевом монастыре, родовой обители Годуновых, богато украшенной и одаренной этим родом. 2 марта 1613 г. в Кострому было отправлено посольство во главе с рязанским архиепископом Феодоритом, боярами Ф.И. Шереметевым, князем В.И. Бахтеяровым-Ростовским и окольничим Ф.В. Головиным. Послы еще готовились к выезду из столицы, а по всей России уже были разосланы грамоты с извещением об избрании на престол Михаила Федоровича и началась присяга новому царю.

Посольство достигло Костромы 13 марта. На следующий день к Ипатьеву монастырю направился крестный ход с чудотворными образами московских святителей Петра, Алексия и Ионы и особо чтимой костромичами чудотворной Федоровской иконой Божией Матери. Его участники молили Михаила принять престол, так же как и пятнадцать лет назад уговаривали Годунова. Однако ситуация, хотя и сходная внешне, была в корне иной. Поэтому резкий отказ Михаила Романова и его матери от предложенного царского венца не имеет ничего общего с политическими маневрами Годунова. И сам претендент, и его мать действительно страшились того, что открылось перед ними. Старица Марфа убеждала выборных, что у се сына «и в мыслях нет на таких великих преславных государствах быть царем…» Говорила она и о тех опасностях, которые подстерегают се сына на этом пути: «Московского государства всяких чинов люди но грехам измалодушествовались. Дав души свои прежним государям прямо не служили…» К этому прибавлялось и тяжелое положение в стране, с которым, по словам Марфы, ее сын по своему малолетству не сможет справиться.

Посланцы от Собора долго уговаривали Михаила и Марфу, пока наконец «умоление» святынями не принесло свои плоды. Оно должно было доказать юному Михаилу, что людское «хотение» выражает Божественную волю. Михаил Романов и его мать дали свое согласие. 19 марта юный царь двинулся к Москве из Костромы, но в пути не торопился, давая возможность Земскому собору и боярам подготовиться к его приезду. Сам Михаил Федорович тем временем также готовился к новой для себя роли — он вел переписку с московскими властями, принимал челобитные и делегации. Таким образом, за полтора месяца своего «шествия» от Костромы до Москвы Михаил Романов освоился со своим положением, собрал вокруг себя верных людей и наладил удобные для себя отношения с Земским собором и Боярской думой.

Избрание Михаила Романова было результатом достигнутого наконец единения всех слоев русского общества. Пожалуй, впервые в русской истории общественное мнение решило важнейшую проблему государственной жизни. Неисчислимые бедствия и падение авторитета правящих слоев привели к тому, что судьба государства перешла в руки «земли» — совета представителей всех сословий. В работе Земского собора 1613 г. не участвовали только крепостные крестьяне и холопы. По-иному и быть не могло — Российское государство продолжало оставаться феодальной монархией, при которой целые категории населения были лишены политических прав. Общественная структура России XVII в. заключала в себе истоки социальных противоречий, взрывавшихся восстаниями на протяжении всего столетия. Не случайно XVII век образно именуется «бунташным». Однако с точки зрения феодальной законности избрание Михаила Романова было единственным правомочным актом на протяжении всего периода Смуты начиная с 1598 г., а новый государь — истинным.

Таким образом, избрание Михаила Федоровича прекратило политический кризис. Не отличавшийся ни государственными талантами, ни опытом, ни энергией, юный царь обладал одним важным для людей той эпохи качеством — он был глубоко религиозен, всегда находился в стороне от вражды и интриг, стремился к достижению истины, проявлял искреннюю доброту и щедрость.

Историки сходятся в том, что основой государственной деятельности Михаила Романова было стремление к примирению общества на консервативных началах. Перед царем Михаилом Федоровичем встали задачи преодоления последствий Смуты. Король Сигизмунд не мог смириться с крушением своих планов: заняв Смоленск и огромную территорию на западе и юго-западе России, он намеревался пойти в наступление на Москву и взять столицу Российского государства. Новгородская земля была захвачена шведами, которые угрожали северным уездам. По всей территории государства бродили шайки казаков, черкас, поляков и русских разбойников. В Поволжье волновались мордва, татары, мари и чуваши, в Башкирии — башкиры, на Оби — ханты и манси, в Сибири — местные племена. В окрестностях Рязани и Тулы воевал атаман Заруцкий. Государство находилось в глубочайшем экономическом и политическом кризисе. Для борьбы с многочисленными врагами России и государственного порядка, для успокоения и устроения страны необходимо было единение всех здоровых сил государства. Царь Михаил Федорович на протяжении всего своего правления стремился к достижению этой цели. Деятели земского движения 1612 г. были твердой опорой царя в борьбе с внешними врагами, наведении порядка внутри государства и восстановлении разрушенной экономики и культуры.




Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты

Новые решения земского собора в годы смуты